Ночные удары по Днепру и первая атака дронов на жилой дом в Екатеринбурге

Удары по жилому кварталу в Днепре

Российские войска дважды за ночь атаковали один и тот же жилой район Днепра. О первой атаке на Днепропетровскую область глава областной военной администрации Александр Ганжа сообщил около трех часов ночи по местному времени. По его словам, после ударов в нескольких местах начались пожары.

Позже Ганжа уточнил, что серьезно поврежден четырехэтажный жилой дом: часть здания обрушилась, под завалами оказались люди. Спасатели извлекли из‑под обломков тела четырех человек. Пострадали еще 27 человек, среди них двое детей: девятилетний мальчик, которого отправили на амбулаторное лечение, и 17‑летняя девушка, госпитализированная в состоянии средней тяжести.

Около 11 часов утра российские войска нанесли повторный удар по Днепру. Как сообщил Ганжа, ракеты снова попали в тот же жилой квартал, который пострадал ночью. В результате второго удара погиб еще один человек и был поврежден еще один жилой дом.

По данным областной администрации, после двух атак в городе насчитывается 46 раненых, из них пятеро — дети. 23 человека госпитализированы, как минимум две женщины находятся в тяжелом состоянии.

По информации МВД Украины, в течение ночи удары также пришлись еще по семи областям страны — всего пострадали восемь регионов. В Нежине Черниговской области погибли два человека. В Харьковской области ранены четверо местных жителей, среди них полуторагодовалый ребенок.

Президент Украины Владимир Зеленский, комментируя первую атаку на Днепр, заявил, что российская тактика остается прежней: используются ударные дроны, крылатые и баллистические ракеты, а основными целями становятся объекты гражданской инфраструктуры в городах.

Первая атака украинских дронов на Свердловскую область

В Екатеринбурге в результате ночной атаки украинских беспилотников был поврежден многоэтажный жилой дом на улице Хохрякова в центре города. О случившемся сообщил губернатор Свердловской области Денис Паслер. По его словам, за медицинской помощью обратились девять человек, погибших нет; одна пострадавшая госпитализирована.

По данным местных СМИ, основные повреждения пришлись на 25–30 этажи высотного здания жилого комплекса «Тринити». Паслер уточнил, что повреждены 44 квартиры, из дома эвакуировали 81 человека. Угрозы обрушения здания, по его словам, нет.

Министерство обороны России заявило, что в течение ночи над различными регионами страны было перехвачено и уничтожено 127 украинских беспилотников. Из‑за атак временно вводились ограничения в работе аэропортов Екатеринбурга, Челябинска, Перми, Волгограда, Краснодара и ряда других регионов в центральной и южной части России.

Местные издания отмечают, что это первая за время конфликта атака беспилотников на территорию Свердловской области. Полномочный представитель президента России в Уральском федеральном округе Артем Жога назвал произошедшее «ударом по гражданскому объекту» и призвал жителей региона к бдительности, подчеркнув, что Урал теперь находится в зоне досягаемости беспилотников.

Блогер Майкл Наки предположил, что целью украинских дронов в Екатеринбурге могло быть оборонное предприятие «Вектор», входящее в концерн «Алмаз‑Антей». Он обратил внимание на то, что поиск возможных военных объектов по косвенным признакам затруднен из‑за блюра на картах, но при этом остается технически возможным.

Разрушения в Днепре: что видно на фотографиях

Фотографии с места ударов по Днепру показывают масштаб разрушений в жилом квартале и работу спасателей, разбирающих завалы в поисках выживших и погибших.

Как война меняет частные жизни: история Анны из Болгарии

Анна (Болгария) вспоминает, что на 24 февраля 2022 года в их семье был запланирован большой семейный праздник. Однако выступление Владимира Путина, которое она увидела почти с самого начала, вызвало у нее такое чувство ужаса, что «все радости рассыпались в прах».

По словам Анны, война полностью изменила жизнь ее семьи. Дети уехали из России, а ей с мужем, уже немолодым людям, пришлось переехать в другую страну, чтобы иметь возможность хотя бы иногда видеть родных. Спасает лишь удаленная работа, которая позволяет «хоть как‑то сводить концы с концами» на новом месте.

Анна задается вопросом, «по какому праву» власти могли так радикально переломать судьбы сотен тысяч людей — отправляя одних на смерть, а других лишая привычного дома, окружения и ощущения завтрашнего дня. Она рассказывает, что им повезло с друзьями: почти никто из близкого круга не поддерживает войну, все переживают и живут надеждой, хотя пятый год конфликта, по ее ощущениям, приносит лишь ухудшение ситуации.

Она резко высказывается о нынешних российских властях, которые, как считает Анна, стремятся «окончательно отменить будущее» и изолировать страну от остального мира. «Пытаюсь не пасть духом окончательно, но, кажется, получается не очень», — признается она.