Верховный суд отклонил предложение выделить принуждение к ДЭГ в отдельную статью УК
Верховный суд не поддержал инициативу о введении отдельного пункта в статье 141 УК РФ, который прямо закреплял бы ответственность за принуждение граждан к электронному голосованию. В решении отмечено, что текущие нормы уже позволяют квалифицировать такие действия.
В ответе на запрос депутата Алексея Куринного суд подчеркнул, что принуждение к голосованию может рассматриваться как воспрепятствование свободному осуществлению избирательных прав.
Предлагавшая поправку сторона хотела добавить в статью 141 УК РФ отдельный пункт, охватывающий принуждение к дистанционному электронному голосованию и голосованию через электронные терминалы. В Верховном суде сочли, что отдельное уточнение не требуется.
Электоральные юристы отмечают, что наличие нормы не гарантирует её применение. Один из специалистов сообщил, что случаев привлечения к уголовной ответственности именно за принуждение к электронному голосованию не зафиксировано.
По словам эксперта, за последние годы уголовные дела на выборах заводили в основном по фактам порчи или поджогов избирательных комиссий; в 2025–2026 годах сведений о массовом возбуждении дел по преступлениям на выборах почти нет. В части 2 статьи 141 УК РФ, по его мнению, предусмотрены меры от подкупа до иных форм принуждения, тогда как часть 3 статьи 142 УК РФ для должностных лиц фактически не применяется.
Где будет использоваться ДЭГ
В этом году дистанционное электронное голосование (ДЭГ) планируется в 32 регионах на федеральной платформе и в Москве. В список не попали субъекты, где традиционно фиксировались самые высокие результаты правящих партий; напротив, среди регионов с ДЭГ оказались территории, где в 2021 году средний результат партий власти был значительно ниже общероссийского уровня.
Проблемы прозрачности и риски давления
Критики указывают, что электронное голосование трудно независимо проверить: наблюдатели и избиркомы видят в основном поток зашифрованных данных, а не процесс формирования итогов. Это сводит контроль к формальности и создает риск принуждения.
На прошлых выборах в Подмосковье отмечались пункты для онлайн‑голосования в торговых и спортивных центрах, где людей поощряли или давили, чтобы они поставили галочку за определённого кандидата. Эксперт по электронному голосованию Пётр Лосев проверял, как такие точки могли повлиять на динамику явки: после обнаружения одного пункта заметного изменения в общей статистике он не увидел, что, по его мнению, может говорить о наличии нескольких подобных центров.
В текущей кампании фиксируются признаки возможного давления и в ряде регионов: в Республике Коми местные СМИ сообщали о таблицах, где за сотрудниками бюджетной сферы закреплялись «бригадиры», обязанные собирать данные о голосовании сотрудников и контролировать способ участия — через ДЭГ или на участке.
Эксперты призывают усилить контроль и прозрачность процедур, чтобы минимизировать риск принуждения и обеспечить реальную возможность свободного волеизъявления.
