Financial Times со ссылкой на несколько источников, в том числе близких к Кремлю и на оценки украинской разведки, пишет, что российские военные убеждают президента в том, что к осени 2026 года им удастся установить контроль над всей территорией Донецкой и Луганской областей.
Собеседники издания отмечают, что у Путина выросло стремление «захватить весь Донбасс», хотя на ранних этапах войны он якобы допускал возможность зафиксировать линию фронта и заморозить боевые действия.
«Я подталкивал его к тому, чтобы он остановился на нынешней линии фронта. Но он продолжает говорить: „Нет, я не могу пойти на компромисс в этом“», — говорит один из собеседников.
По утверждению источников, уверенность российского руководства в скором крахе украинской обороны не поколебали ни растущая уязвимость (включая удары беспилотников), ни медленные темпы продвижения войск на фронте.
Сторонники дальнейшей эскалации, по данным FT, рассчитывают, что контроль над Донбассом позволит повысить цену любого прекращения огня и предъявить новые территориальные требования.
Заместитель начальника Главного управления разведки Минобороны Украины Вадим Скибицкий предупреждает, что успех в Донбассе может дать российской стороне повод заявить претензии и на значительные части Запорожской и Херсонской областей, хотя сейчас Россия контролирует лишь части этих регионов.
FT отмечает, что взятие Запорожья и Херсона будет ещё более сложной задачей, и прорыв на этих направлениях в ближайшее время не выглядит очевидным.
Участники неофициальных переговоров о прекращении войны полагают, что «истинные амбиции» российского руководства могут заключаться в контроле над большей частью Украины, включая Киев и Одессу.
«Он не возьмет Запорожье, он не возьмет Донбасс, он не возьмет Херсон. Но помните, что план всегда состоял в том, чтобы взять Киев. Задача поставлена и должна быть выполнена», — приводит FT слова одного из собеседников.
Как война влияет на людей
Письма и рассказы людей со разных мест показывают, что война по‑разному отражается на жизни: кто‑то испытывает отчаяние и апатию, кто‑то пытается сохранить привычные занятия и отношения, многим пришлось переосмыслить планы и контакты.
Леонид (Ижевск). «На протяжении этих четырёх с лишним лет душевное состояние меняется от отчаяния до полной апатии и обратно. Чего точно больше нет — надежды. Иногда удаётся жить и даже исполнять давние мечты, но после светлых личных моментов вновь возвращаешься в беспросветную реальность. Две–три хорошие недели в году — и всё. Сейчас снова чувствую себя как в феврале–марте 2022 года: почти полная изоляция, большинство друзей перешли в лояльный к власти лагерь, родственники в нём остаются. Если бы не жена и кот — давно бы сошёл с ума. Иногда кажется, что уехать было бы лучшим выходом; Россия порой ощущается как тюрьма или кастрюля, в которой нас медленно варят».
Мы публикуем подобные рассказы, чтобы увидеть разные точки зрения и понять, как война влияет на повседневную жизнь людей. В то же время не публикуются материалы с языком ненависти, оправданием убийств или прямой поддержкой агрессивных действий.
Поделитесь и вы своими мыслями о войне — истории помогают увидеть её через призму человеческого опыта.
