В России закрыли доступ к двадцатилетней судебной статистике — что это значит и чем заменить данные

Судебный департамент удалил с сайта статистику по судимости с 2005 года. Эти данные были ключевы для анализа репрессий, отправки обвиняемых на войну и изменений в уголовной практике. Объясняем, почему их трудно восстановить и какие источники остаются.

В конце апреля Судебный департамент при Верховном суде РФ закрыл публичный доступ к статистике по судимости, охватывавшей данные с 2005 года. В результате с сайта исчезли десятилетия отчетов и таблиц, которыми регулярно пользовались исследователи и журналисты.

Ранее ожидалось, что ведомство опубликует полные данные за 2025 год, однако публикация не вышла, а затем с сайта исчезли архивы с 2005 года. В органе объяснили это изменением регламента публикации данных, но никаких деталей и сроков восстановления не назвали.

Почему эти данные важны?

Судебный департамент — фактически единственный источник, который собирал и систематически публиковал полную картину работы судов по всей стране. В регулярных отчетах были: распределение осуждений по статьям УК, возраст, пол и профессия осужденных, виды назначенных наказаний, сведения о рассмотрении ходатайств на обыск и прослушку и другие метрики, недоступные из разрозненных локальных источников.

Что показывала статистика?

Данные позволяли фиксировать системные изменения: рост приговоров по статьям о госизмене, шпионаже и сотрудничестве с иностранцами, динамику по террористическим и экстремистским статьям, изменения в демографии осужденных (включая долю женщин и несовершеннолетних) и рост уголовных дел против военнослужащих по «гражданским» статьям.

Кроме того, по косвенным показателям — например, по резкому увеличению числа приостановленных дел — можно было оценивать масштабы отправки обвиняемых на войну. Только за первую половину 2025 года число таких приостановленных дел достигало десятков тысяч, тогда как до начала войны эти показатели были в разы ниже.

Почему нельзя просто собрать это заново?

В архиве департамента содержится порядка 15 миллионов карточек дел. Теоретически тексты решений и карточки можно собирать с сайтов отдельных судов, но на практике это недостаточно: суды публикуют далеко не все материалы, решения часто отсутствуют, а многие поля с возрастом, профессией и другими социальными характеристиками могут быть скрыты или неполны. Поэтому получить ту же глубину и те же срезы практически невозможно.

Какие альтернативы остаются?

Другие ведомства публиковали фрагментарные данные: раньше работали отчеты прокуратуры, МВД даёт только агрегированные сводки, пригодные лишь для общих трендов. Но с 2023 года многие публичные реестры и датасеты стали недоступны — правительству разрешили приостанавливать публикацию государственных данных, и из открытого доступа исчезли сотни наборов данных.

Это означает, что аналитикам остаются либо частичные ведомственные выпуски, либо самостоятельный сбор из локальных источников и судебных баз, что требует огромных ресурсов и всё равно не даст полного эквивалента прежним отчетам.

Чего ждать дальше?

Ведомство допустило возможность более поздней публикации отчетов за 2025 год, но не уточнило сроки и формат. Реалистичный сценарий — частичное возвращение данных с вырезанием особенно чувствительных разделов (например, всего, что касается деятельности военных судов) или публикация лишь отфильтрованных агрегатов через контролируемые источники.

В краткой перспективе это значит: у исследователей уменьшится прозрачность судебной практики, сложнее будет отслеживать репрессии и косвенные последствия войны, и аналитические выводы будут опираться на неполные и фрагментарные сведения.

Журналистка и редакторка дата‑отдела Катя Бонч‑Осмоловская отмечает, что многие ключевые показатели не связаны напрямую с военной повесткой, поэтому полное и постоянное закрытие таких данных выглядит непропорциональным и вредным для общественного анализа.